Заметка. Если антропоцен представляет новую эпоху мышления, он также представляет новую форму материальности и историчность для человека как страты и стратиграфа геологического учета. Это столкновение человеческих и нечеловеческих историй в стратах представляет собой новое формирование субъективности в геологическом горизонте, которое переопределяет временные, материальные и пространственные порядки человека (и, следовательно, природы). Я утверждаю, что антропоцен содержит в себе форму антропогенеза - новую историю происхождения и онтику для человека - которая радикально переписывает материальные способы дифференциации и представления о жизни.
Научные отчеты о происхождении вселенной, происхождении жизни и последующей эволюции предчеловеческих форм жизни могут не вызывать каких-либо трудностей (чему способствует нежелание самой науки что-либо говорить о том, что предшествовало Большому взрыву), но необходимости примирения религиозных и научные взгляды на гоминизацию и учет добавления души к человеку остаются проблемой. Проблема антропогенеза прошла через различные аспекты. Первоначально разница между человеком и животным считалась настолько фундаментальной, что каждый считался принадлежащим совершенно другому миру, без каких-либо отношений.
По мере развития биологии телесное сходство человека и животного стало более очевидным, и Линней классифицировал человека в животном мире как нормальный вид, Homo sapiens, принадлежащий к классу млекопитающих и, вместе с обезьянами, образующий отряд приматов. Дарвиновская теория происхождения человека от предков животных привела к полному разрыву с традиционной доктриной.
